Пятница, Июнь 23


Каракорум

КаракорумКа­ра­ко­рум – го­род на Ор­хо­не. Крик да­ле­ко­го-да­ле­ко­го про­ш­ло­го. Ма­те­ри­аль­ное во­пло­ще­ние меч­ты ко­чев­ни­ков, по­ни­ма­ю­щих, что на­до же, кро­ме ки­би­ток и юрт, иметь и по­сто­ян­ное при­ста­ни­ще. Не ис­клю­че­на воз­мож­ность, что идея о воз­ве­де­нии го­ро­да-сто­ли­цы в степ­ной ко­чев­ни­чес­кой стра­не воз­ник­ла лишь пос­ле за­во­е­ва­тель­ных по­хо­дов мон­го­лов в стра­ны Азии и Ев­ро­пы. По край­ней ме­ре, ис­то­ри­чес­кие ис­точ­ни­ки до­нес­ли до нас сле­ду­ю­щие вы­ска­зы­ва­ния од­но­го мон­голь­ско­го ха­на: «Хо­тя мы им­пе­рию по­лу­чи­ли, си­дя на ло­ша­дях, но управ­лять ею, си­дя на ло­ша­ди, не­воз­мож­но». По­доб­ные рас­суж­де­ния во­пло­ти­лись в ре­ше­ние о по­строй­ке го­ро­да.

По­смот­рим, что пи­шет про Ка­ра­ко­рум Мар­ко По­ло. В его кни­ге есть гла­ва под на­зва­ни­ем «Здесь опи­сы­ва­ет­ся го­род Ка­ра­ко­рон» (Ка­ра­ко­рум). Вот что ска­за­но о нем: «Го­род Ка­ра­ко­рон в окру­ге три ми­ли, им пер­вым ов­ла­де­ли та­та­ры, ког­да вы­шли из сво­ей стра­ны». Вот и все. Воз­ни­ка­ет во­прос: был ли в Ка­ра­ко­ру­ме Мар­ко По­ло? Уж очень ску­пое опи­са­ние. Ве­ли­кий пу­те­шест­вен­ник, про­жив­ший сем­над­цать лет при дво­ре Ху­би­лая, не вла­дел гра­мо­той, в сво­их опи­са­ни­ях до­пус­кал не­ма­ло оши­бок – не де­лал раз­ни­цы, на­при­мер, меж­ду Ма­да­га­ска­ром и Зан­зи­ба­ром!

О Ка­ра­ко­ру­ме упо­мя­нул и Иоанн де Пла­но Кар­пи­ни в кни­ге «Ис­то­рия мон­го­лов». Этот мо­нах фран­цис­кан­ско­го ор­де­на был по­слан в Мон­го­лию па­пой Ин­но­кен­ти­ем IV в 1296 го­ду. «Но вод у ре­чек, – пи­сал он, – там не­мно­го, а ре­ки очень ред­ки, по­это­му там нет се­ле­ний, а так­же и ка­ких-ни­будь го­ро­дов, за ис­клю­че­ни­ем од­но­го, ко­то­рый слы­вет до­воль­но хо­ро­шим и на­зы­ва­ет­ся Ка­ра­ко­рон, но мы его не ви­де­ли, а бы­ли поч­ти за пол­дня пу­ти от не­го, ког­да на­хо­ди­лись в Сыр-ор­де, ка­ко­вая яв­ля­ет­ся глав­ным дво­ром их им­пе­ра­то­ра». В 1249 го­ду Ка­ра­ко­рум по­се­тил по­сол фран­цуз­ско­го ко­ро­ля Ан­дрэ Лон­жю­мо.

Бо­лее под­роб­ное опи­са­ние един­ст­вен­но­го тог­да мон­голь­ско­го го­ро­да ос­та­вил Виль­гельм Руб­рук, фа­ми­лия ко­то­ро­го пе­ре­да­ет­ся бо­лее чем в де­ся­ти ва­ри­ан­тах. Не­ко­то­рые уче­ные по­ла­га­ют, что он был фла­манд­цем, ос­но­вы­ва­ясь на том фак­те, что во Флан­дрии име­ет­ся де­рев­ня Руб­рук. В Мон­го­лию по­пал бы­ва­лый че­ло­век: Руб­рук со­про­вож­дал ко­ро­ля Лю­до­ви­ка IХ в шес­том крес­то­вом по­хо­де (1248), а по­том по­се­лил­ся в Па­лес­ти­не. На За­па­де по­ба­ива­лись мон­го­лов. Ко­ро­ли Фран­ции, а так­же па­па рим­ский, на­прав­ля­ли к ним сво­их пред­ста­ви­те­лей с за­да­ни­ем про­све­тить ко­чев­ни­ков «све­том ве­ры хрис­то­вой». Рус­ский князь Да­ни­ил Га­лиц­кий всту­пил в пе­ре­го­во­ры с па­пой, го­то­вясь объ­явить крес­то­вой по­ход про­тив та­тар. Это был один путь – ре­ли­ги­оз­ный. Из этой за­теи, од­на­ко, ни­че­го не вы­шло. Вто­рой, бо­лее ре­аль­ный вы­ход, со­сто­ял в том, что мис­сио­не­ры-пу­те­шест­вен­ни­ки пред­при­ни­ма­ли ша­ги к объ­еди­не­нию всех хрис­ти­ан про­тив мон­го­лов. Пла­но Кар­пи­ни пи­сал: «И не нуж­но ща­дить де­нег на при­го­тов­ле­ние ору­жия, что­бы иметь воз­мож­ность спас­ти ду­шу, те­ло, сво­бо­ду и все про­чее… Се­но и со­ло­му над­ле­жит жечь и креп­ко спря­тать, что­бы та­тар­ские ло­ша­ди не на­хо­ди­ли се­бе пи­щу для еды». Ра­зо­рен­ные зем­ли, под­верг­ши­е­ся мон­голь­ско­му на­шест­вию, по ко­то­рым они про­ез­жа­ли, про­из­во­ди­ли на них удру­ча­ю­щее впе­чат­ле­ние. «Му­че­ния за­тми­ли нам ра­зум», – пи­сал Руб­рук.

КаракорумОн от­пра­вил­ся из Кон­стан­ти­но­по­ля в на­ча­ле мая 1253 го­да. Пе­ре­плыл Чер­ное мо­ре, про­ехал Крым. До­брал­ся до став­ки Ба­тыя и не­сколь­ко не­дель ко­че­вал с ним. На­ко­нец до­стиг Ка­ра­ко­ру­ма. И толь­ко ле­том 1255 го­да вы­ехал из Мон­го­лии об­рат­но. Его пу­те­шест­вие про­дол­жа­лось, та­ким об­ра­зом, бо­лее трех лет. Мон­го­лы, от­ме­ча­ет Руб­рук, по­чи­та­ют Ка­ра­ко­рум за цар­ст­вен­ный го­род и по­бли­зос­ти от не­го вы­би­ра­ют сво­е­го ха­на. На мон­голь­ском пре­сто­ле тог­да си­дел Мун­кэ. При его дво­ре «тол­ма­ча­ми бы­ли ар­мя­не из Ве­ли­кой Ар­ме­нии». Руб­рук по­пал в Ка­ра­ко­рум око­ло пас­хи, то есть в кон­це ап­ре­ля: в это вре­мя все ули­цы го­ро­да бы­ли за­не­се­ны сне­гом. Вот его опи­са­ние: «Там име­ют­ся два квар­та­ла: один са­ра­ци­нов (так на­зы­ва­ли всех му­суль­ман), в ко­то­ром бы­ва­ет ба­зар, и мно­гие куп­цы сте­ка­ют­ся ту­да из-за дво­ра, ко­то­рый по­сто­ян­но на­хо­дит­ся вб­ли­зи не­го, из-за обилья по­слов; дру­гой квар­тал – ки­та­ев, ко­то­рые все ре­мес­лен­ни­ки. Вне этих квар­та­лов на­хо­дят­ся боль­шие двор­цы, при­над­ле­жа­щие при­двор­ным сек­ре­та­рям. Там на­хо­дит­ся две­над­цать ку­ми­рен раз­лич­ных на­ро­дов, две ме­че­ти, в ко­то­рых про­воз­гла­ша­ют за­кон Ма­го­ме­та, и од­на хрис­ти­ан­ская цер­ковь на краю го­ро­да. Го­род окру­жен гли­ня­ной сте­ною и име­ет чет­ве­ро во­рот. У вос­точ­ных про­да­ет­ся пше­но и дру­гое вво­зит­ся; у за­пад­ных про­да­ют ба­ра­нов и коз; у юж­ных про­да­ют бы­ков и по­воз­ки; у се­вер­ных про­да­ют ко­ней».

В Ка­ра­ко­ру­ме Руб­рук про­жил ян­варь, фев­раль, март, ап­рель и май: так дол­го он ждал при­ка­за о вы­ез­де. За это вре­мя фран­цис­кан­ский мо­нах при­гля­дел­ся к жиз­ни и бы­ту мон­го­лов. Он жи­во пе­ре­да­ет раз­го­во­ры с са­нов­ни­ка­ми ха­на, с при­слу­гой, опи­сы­ва­ет са­мих ха­нов, их одеж­ду, об­ря­ды, ве­ро­ва­ния. «О мо­ре и оке­а­не, – от­ме­ча­ет Руб­рук, – они не мог­ли по­нять, что оно бес­пре­дель­но или без­бреж­но». Пил ку­мыс, ко­то­рый ему по­нра­вил­ся. При хан­ском дво­ре жи­ли про­ри­ца­те­ли. Они зна­ли аст­ро­но­мию, пред­ска­зы­ва­ли лун­ное и сол­неч­ное за­тме­ния.

До­стоп­ри­ме­ча­тель­ностью двор­ца бы­ло «се­реб­ря­ное де­ре­во», со­ору­жен­ное па­риж­ским зо­ло­тых дел мас­те­ром Виль­гель­мом, или Гильо­мом, Бушье. Это фон­тан не со­всем обыч­но­го на­зна­че­ния. У ос­но­ва­ния де­ре­ва сто­я­ли се­реб­ря­ные львы, пас­ти ко­то­рых из­вер­га­ли ко­былье мо­ло­ко. Че­ты­ре тру­бы, укры­тые внут­ри ство­ла, вы­хо­ди­ли на­ру­жу сни­зу и за­кан­чи­ва­лись по­зо­ло­чен­ны­ми го­лов­ка­ми змей: из них ли­лось ви­но, ку­мыс, ме­до­вый на­пи­ток и ри­со­вое пи­во. Все это пред­на­зна­ча­лось для уго­ще­ния при­гла­шен­ных на пир. Вет­ки, листья пло­ды на де­ре­ве бы­ли из­го­тов­ле­ны из се­реб­ра. «Се­реб­ря­ное де­ре­во» вен­ча­ла фи­гу­ра ан­ге­ла с тру­бой. Кро­ме то­го, Руб­рук упо­ми­на­ет о том, что тот же мас­тер из Па­ри­жа из­го­то­вил ча­сов­ню, ко­то­рую во­зи­ли на по­воз­ке. Руб­рук крес­тил в Ка­ра­ко­ру­ме вен­гров, рус­ских, ар­мян. «Имен­но мы, – сви­де­тель­ст­ву­ет Руб­рук, – но­си­ли воз­двиг­ну­тый крест по все­му ста­но­ви­щу с пе­ни­ем, от­че­го са­ра­ци­ны при­хо­ди­ли в пол­ное оце­пе­не­ние».

КаракорумБы­ло от че­го! В сто­ли­це мо­гу­щест­вен­ный мон­голь­ский им­пе­рии при­шед­шие не­весть от­ку­да лю­ди, за­од­но с плен­ни­ка­ми из раз­лич­ных стран, где утвер­ди­лось хрис­ти­ан­ст­во, устра­ива­ли ре­ли­ги­оз­ные шест­вия с цер­ков­ным пес­но­пе­ни­ем! Та­кую ве­ро­тер­пи­мость, ка­жу­щу­ю­ся стран­ной, мож­но объ­яс­нить, по всей ве­ро­ят­нос­ти, тем об­сто­я­тель­ст­вом, что са­ми мон­го­лы в ту по­ру не име­ли ни­ка­кой офи­ци­аль­ной ре­ли­гии, если не счи­тать ша­ма­низм, идо­ло­пок­лон­ст­во. Ру­ко­во­ди­те­ли мон­голь­ско­го го­су­дар­ст­ва, пол­ко­вод­цы, про­с­тые кон­ни­ки, столк­нув­шись во вре­мя мно­го­чис­лен­ных за­во­е­ва­тель­ных по­хо­дов с на­ро­да­ми, ис­по­ве­дав­ши­ми все су­щест­во­вав­шие в ми­ре ре­ли­гии, сто­я­ли те­перь пе­ред вы­бо­ром: ка­кую из них пред­по­честь. Они как бы при­смат­ри­ва­лись – чьи об­ря­ды, чьи ве­ро­ва­ния бо­лее со­от­вет­ст­ву­ют мон­го­лам.

Руб­рук ос­та­вил лю­бо­пыт­ное опи­са­ние спо­ров и бе­сед на ре­ли­ги­оз­ные те­мы. Один из слуг ха­на спро­сил его: «Раз­ве вы бы­ли на не­бе, что­бы знать за­по­ве­ди божьи?» На­ко­нец хан рас­по­ря­дил­ся так. В Ка­ра­ко­ру­ме про­жи­ва­ют и хрис­ти­а­не, и ма­го­ме­та­не, и идо­ло­пок­лон­ни­ки. Каж­дые уве­ря­ют, что их за­кон луч­ше, что их кни­ги са­мые прав­ди­вые. Хан по­же­лал, что­бы пред­ста­ви­те­ли всех ре­ли­гий и ве­ро­ва­ний со­бра­лись вмес­те и пуб­лич­но до­ка­зы­ва­ли пре­иму­щест­ва сво­е­го ве­ро­ис­по­ве­да­ния. Хан та­ким пу­тем на­ме­ре­вал­ся до­бить­ся ис­ти­ны. Дис­пут о ве­ре в Ка­ра­ко­ру­ме но­сил бур­ный ха­рак­тер. Де­ло до­хо­ди­ло до по­та­со­вок, но так ни­кто и не смог до­ка­зать пре­иму­щест­ва той или иной ре­ли­гий. Хо­тя, как сви­де­тель­ст­ву­ют ис­то­ри­чес­кие ис­точ­ни­ки, от­дель­ные знат­ные мон­го­лы и мон­гол­ки уже тог­да при­ни­ма­ли хрис­ти­ан­ст­во не­сто­ри­ан­ско­го тол­ка. Тот же Руб­рук упо­ми­на­ет о «хрис­ти­ан­ской гос­по­же», суп­ру­ге ха­на. Пла­но Кар­пи­ни рас­ска­зы­ва­ет о Гу­ю­ке и «не­от­луч­но с ним пре­бы­ва­ю­щих» хрис­ти­а­нах. И тут же из­ли­ва­ет свои со­кро­вен­ные на­деж­ды: «Го­во­ри­ли нам так­же хрис­ти­а­не, при­над­ле­жа­щие к его че­ля­ди, что они твер­до ве­ру­ют, что он дол­жен стать хрис­ти­а­ни­ном; и яв­ный при­знак это­го они ви­дят в том, что он дер­жит хрис­ти­ан­ских кли­ри­ков и да­ет им со­дер­жа­ние, так­же пе­ред боль­шой сво­ей па­лат­кой име­ет всег­да хрис­ти­ан­скую ча­сов­ню: и они по­ют все­на­род­но, и от­кры­то зво­нят ча­сам, со­глас­но обы­чаю гре­ков, как и про­чие хрис­ти­а­не, как бы ве­ли­ка там ни бы­ла тол­па та­тар или так­же дру­гих лю­дей; дру­гие вож­ди это­го не де­ла­ют».

Но нет, не при­жил­ся хрис­ти­ан­ский по­бег в мон­голь­ских сте­пях. На­деж­ды ев­ро­пей­ских мо­нар­хов бы­ли на­ив­ны­ми и рас­се­я­лись по­ры­ва­ми степ­но­го вет­ра. Уже по­том мон­го­лы за­им­ст­во­ва­ли ре­ли­гию у Ти­бе­та, при­дав ей свой на­цио­на­ль­ный ко­ло­рит

 Ав­тор статьи – Н. Хох­лов

 



Оставить ответ

*

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.